Выступление заместителя Постоянного представителя М.В.Заболоцкой на неформальной встрече членов СБ ООН по «формуле Арриа» на тему «День Красной Руки 2026: Безопасное образование для предотвращения вербовки и использования детей в вооруженных конфликтах»
Г-н Председатель,
Благодарим Панаму и других организаторов за возможность обмена мнениями по вопросу о вовлечении детей в вооруженные конфликты – теме, сохраняющей свою остроту и почти четверть века после принятия Факультативного протокола к Конвенции о правах ребенка. Признательны специальному представителю по вопросу о детях в вооруженном конфликте г-же Фрейзер, исполнительному директору ЮНИСЕФ г-же Рассел и другим докладчикам за вклад в дискуссию.
Согласно последнему докладу Генсекретаря по вопросу о детях и вооруженных конфликтах вербовка и использование несовершеннолетних входит в тройку наиболее частых серьезных нарушений. Показательно, что наиболее высокие показатели фиксируются в странах с низким и ниже среднего уровнем дохода. В таких условиях многие дети присоединяются к вооруженным группировкам добровольно, преследуя цель вырваться из нищеты.
Таким образом, очевидно, что эффективно бороться с этим уродливым явлением можно лишь при устранении первопричин – путем содействия осуществлению права на развитие, включая борьбу с бедностью, расширение возможностей для достойного трудоустройства и доступ к качественному образованию.
Вместе с тем сама ситуация вооруженного конфликта неизбежно создает порочный круг, подрывая развитие и доступность школьного образования, столь необходимого для социального прогресса.
Г-н Председатель,
Серьезным препятствием на пути сотрудничества в помощи детям в вооруженном конфликте является инструментализация этой повестки в политических целях. Многие из вас из западных СМИ, а порой и из ооновских документов, слышат обвинения в адрес России. Однако эти обвинения как правило не подкрепляются никакими доказательствами или выдают трагические случайности за продуманную политику.
Однако вы не узнаете из этих источников о том, как российские ученики живут под влиянием боевых действий. Приведу лишь несколько примеров. Только за последнюю неделю ВСУ нанесли пять ударов по школам. Дети в Белгородской области регулярно переводятся на удаленное обучение в результате ракетных обстрелов. Как тот, который произошел два дня назад. Вчера дроны-камикадзе нанесли удар по школе в селе Новая Погощь в Брянской области. Не далее как 21 февраля ВСУ нанесли удар по школе в запорожской Васильевке. 20 февраля беспилотник в Энергодаре Запорожской области целенаправленно атаковал школу, где находилось 600 учеников и 100 сотрудников. 14 февраля в результате атаки БПЛА была повреждена школа в поселке Центральный в Перевальском округе ЛНР, а 13 февраля – школа в селе Великая Знаменка Запорожской области. Подобное происходит ежедневно, ставя под угрозу жизни детей и разрушая учебные заведения.
Впрочем, игнорирование украинскими военными положений международного гуманитарного права в части защиты гражданских объектов – давно не новость. Еще в августе 2022 г. НПО «Amnesty International» была вынуждена констатировать практику расквартирования ВСУ в школах и больницах, а также нанесения атак с их территории. Подобные действия, как известно, превращают гражданские объекты в военные цели.
Эту неудобную правду по-прежнему пытаются замолчать те, для кого «детская» тема остается инструментом политических манипуляций.
Г-н Председатель,
Говоря о влиянии вооруженного конфликта на положение детей, нельзя не вспомнить ситуацию в секторе Газа, где насчитывается более 64 тысяч погибших и раненых детей. Образовательная система фактически разрушена: по данным БАПОР, 518 из 564 школьных зданий требуют полной реконструкции, а более 800 учителей и сотрудников погибли, свыше 4200 ранены.
На северо-востоке Сирии закрываются печально известные лагеря «Аль-Хоуль» и «Рож», а судьба находившихся в нем тысяч детей, которые и без того годами были отрезаны от внешнего мира без гуманитарного доступа, возможности получать образование и под влиянием террористических нарративов, остается неопределенной. Россия реализует гуманитарную миссию по репатриации российских детей с Ближнего Востока с 2018 г. по поручению главы государства и при координации Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка. Ее итогом стало возвращение на Родину почти 600 ребят. Однако работа не заканчивается пересечением российской границы. Когда дети приезжают, мы занимаемся их медицинской, социальной и психологической реабилитацией, работаем с семьями, обеспечиваем для них доступ к образованию.
Обычно позиционирующие себя поборниками прав детей европейские страны не спешат забирать своих граждан из Заевфратья.
По данным 22-го доклада Генсекретаря об угрозах со стороны ИГИЛ, по состоянию на декабрь 2025 г. более 25 тыс. человек, включая приблизительно 15 тыс. граждан Сирии, 2320 граждан Ирака, 8480 граждан третьих стран из примерно 59 разных стран, оставались в лагерях «Аль-Хоуль» и «Рож» на северо-востоке Сирии. Еще тысячи оставались в других центрах содержания под стражей. Более 60% населения лагерей составляли дети, из которых 71% были младше 12 лет и 7% – младше пяти лет. Большинство этих детей по-прежнему не могут вернуться в страны происхождения.
Показательно, что власти западных стран не просто не занимаются проблемой возвращения своих граждан и, прежде всего, детей, они публично отказываются их забирать. В этой связи наглядная иллюстрация того, как действительно такие государства переживают за судьбы детей – пример Австралии. Премьер-министр этой страны в ответ на попытку женщин и детей вернуться в Австралию из Сирии недавно заявил, что федеральное правительство не будет репатриировать австралийские семьи, связанные с боевиками ИГИЛ и не будет оказывать им никакой помощи.
Считаем крайне важным деполитизированное сотрудничество в рамках повестки детей в вооруженном конфликте, наши совместные усилия должны помогать каждому ребенку, где бы он ни находился, в том числе в обеспечении права на доступ к образованию.
Благодарю за внимание.
