Выступление заместителя Постоянного представителя А.М.Евстигнеевой в ходе заседания ГА ООН по использованию в СБ ООН права вето в отношении проекта резолюции по группе экспертов Комитета СБ 1737
Г-н Председатель,
Российская Федерация проголосовала против внесенного США проекта резолюции Совета Безопасности ООН о продлении мандата группы экспертов нелегитимного Комитета СБ 1737.
Данное решение было продиктовано принципиальным и последовательным подходом нашей страны в отношении утверждений о якобы состоявшемся возобновлении действия резолюций Совета Безопасности, утративших силу в 2015 году при принятии резолюции 2231. Наша позиция на этот счет уже неоднократно доводилась до широкого круга государств-членов, в том числе и на площадке Генеральной Ассамблеи. Тем не менее, полагаю, будет полезно освежить в памяти хронологию основных событий вокруг Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе, а также причины, по которым уведомление его европейских участников о запуске «снэпбэка» являлось юридически и процедурно ничтожным.
У кризиса в выполнении СВПД была всем известная и очевидная отправная точка – односторонний выход США из состава участников данной договоренности в 2018 году. Несмотря на этот деструктивный шаг Вашингтона, Тегеран в тот момент проявил сдержанность и более года продолжал соблюдать свои обязательства по «ядерной сделке». Однако на этот добросовестный подход не откликнулась «евротройка» – Великобритания, Франция и Германия. Эти страны не только не обеспечили реальную экономическую отдачу от снятия с Ирана санкций, действовавших до 2015 года, но и прямо нарушили положения резолюции СБ ООН 2231, введя в 2023 году односторонние принудительные меры «на замену» истекшим ограничениям по линии Совета Безопасности.
Международное право трактует подобные действия однозначно. Сторона, не соблюдающая свои обязательства по какому-либо договору или соглашению, лишает себя права задействовать предусмотренные ими инструменты. Соответствующее понимание закреплено и в юридической «доктрине чистых рук», и в принципе pacta sunt servanda, и в консультативных заключениях Международного суда ООН.
Более того, в СВПД, который являлся неотъемлемой частью резолюции СБ 2231, была четко прописана процедура разрешения любых противоречий касательно его выполнения. Они должны были быть тщательным образом рассмотрены в рамках Механизма разрешения споров (МРС; Dispute Resolution Mechanism, DRM) на венской площадке. В пунктах 36-37 СВПД был зафикирован четкий алгоритм данного процесса. Только после того, как спор был проработан во всех предусмотренных Механизмом разрешения споров инстанциях, и разрешить его не удалось, этот вопрос мог быть передан на рассмотрение СБ ООН. Однако в реальности Механизм, вопреки утверждениям европейских коллег, не то что не был исчерпан – он даже не был запущен.
Таким образом, обращение Великобритании, Франции и Германии, которое эти страны направили в СБ ООН 28 августа 2025 года, не инициировало «снэпбэк» – такого права они попросту юридически не имели. Эту реальность не могли изменить никакие дальнейшие ошибочные и неправомерные шаги, включая внесение Республикой Корея в сентябре 2025 года проекта резолюции СБ ООН в привязке к «снэпбэку», а также ангажированные оценки Секретариата ООН. В сухом остатке – действие резолюций СБ в отношении Ирана, включая 1737 и 1929, восстановлено не было, резолюция 2231 утратила силу, как и было предписано, 18 октября 2025 года. В этот же день Совет Безопасности завершил рассмотрение вопроса об иранской ядерной программе, а пункт «Нераспространение» был изъят из его повестки дня.
В силу обозначенных причин у подготовленного США проекта резолюции, который был рассмотрен Советом Безопасности 17 сентября, попросту отсутствовали правовая основа и даже сам предмет. Предложение продлить мандат группы экспертов Комитета СБ 1737 было заведомо абсурдно с учетом того, что и группа, и Комитет прекратили существование в 2015 году, и никаких решений о возобновлении их работы Совет не принимал. Поэтому у нас не было иных вариантов, кроме как выступить против данного документа.
США прекрасно знали, что предложенный ими проект резолюции был априори неприемлемым для России и Китая. Более того, с самого начала переговорного процесса по документу наши делегации последовательно доводили эту мысль до американских коллег. Тем не менее, Вашингтон решил пойти по пути дальнейшего «повышения ставок» и довести дело до голосования.
Г-н Председатель,
Сегодня мы наверняка услышим новую порцию рассуждений некоторых западных стран о том, что Россия и Китай – выражаясь их собственной лексикой – «покрывают» Иран и «препятствуют» работе Совета Безопасности. Подобную риторику невозможно воспринимать всерьез. Очевидно, что вызвана она лишь одним – неспособностью что-либо противопоставить правовым аргументам, приводимым нами и нашими единомышленниками в ответ на измышления насчет «снэпбэка». На этом фоне некоторые коллеги явно не могут придумать ничего лучше, чем реагировать на процедурный вопрос политизированными обвинениями.
Хотим подчеркнуть, что нормальному функционированию Совета Безопасности препятствуют исключительно притязания некоторых его членов на восстановление действия давно утративших силу резолюций. Как подтвердили события последнего года, единственная цель подобных измышлений – оказание всестороннего давления на Исламскую Республику Иран на крупных международных площадках, включая ООН и МАГАТЭ. Для этого недобросовестно настроенные члены Совета Безопасности готовы приносить в жертву эффективность его работы по самым разным сюжетам, в том числе в рамках его легитимных вспомогательных органов.
Слова западных коллег об их озабоченности поддержанием глобального режима нераспространения являются, увы, не более чем «пустым звуком». Их реальное отношение к данной проблематике стало очевидно тогда, когда США и Израиль дважды – в разгар переговорного процесса – начали наносить удары по иранской инфраструктуре мирного атома, находящейся под гарантиями МАГАТЭ, что воспрепятствовало продолжению нормальной проверочной деятельности Агентства на данных объектах. А Великобритания, Франция и Германия, столь рьяно говорившие о своей приверженности дипломатическому урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы, эти действия фактически поддержали.
Теперь же упомянутые государства и вовсе подчас пытаются делать вид, что ничего не произошло, и даже не упоминают эти события в своих выступлениях. Вместо этого они продолжают как мантру повторять свой известный набор претензий к Тегерану и злоупотреблять процедурой Совета Безопасности в конъюнктурных интересах. Подобные действия не только раскручивают спираль эскалации, но и попросту подрывают перспективы выхода на переговорное решение. Российская Федерация будет и далее противодействовать этому противоправному и безрассудному курсу на всех площадках, включая Совет Безопасности ООН.
Г-н Председатель,
Альтернатив политико-дипломатическому урегулированию на Ближнем Востоке нет и быть не может. Только равноправные переговоры при учете интересов всех сторон, а также законных прав Ирана, могут позволить как снять любые подозрения в отношении иранской ядерной программы, так и урегулировать нынешнюю плачевную ситуацию в регионе Персидского залива. Мы признательны региональным странам за их неустанные усилия на этом направлении. Настоятельно призываем западных коллег прекратить «подливать масло в огонь» и включиться в процесс создания благоприятных условий для такой работы.
Благодарю за внимание.
