Постоянное представительство Российской Федерации при ООН

Постоянное представительство Российской Федерации при ООН

Выступление и ответное слово Постоянного Представителя В.А.Небензи на видеоконференции СБ ООН по политической и гуманитарной ситуации в Сирии

Г-н Председатель,

Прежде чем перейти к теме нашей встречи, хотел бы отдать должное Постоянному Представителю США Келли Крафт, которая сегодня проводит последнее заседание СБ ООН в этом качестве. Хотел бы поблагодарить ее за сотрудничество и дружеский настрой, который она проявляла несмотря на наши разногласия в Совете, в том числе по сегодняшней теме. Уверен, что Келли Крафт оставила свой след в истории Совета Безопасности и внесла вклад в его работу. Примите, пожалуйста, наши искренние пожелания всего наилучшего и успехов во всех будущих начинаниях. Надеемся, что Вы не забудете своих друзей по СБ. А теперь я перейду к тому, что Постоянный Представитель Крафт в своем выступлении назвала российской версией сирийского сюжета.

Г-н Председатель,

Мы признательны Гейру Педерсену и Марку Лоукоку за информацию по ситуации в Сирии. 

Приветствуем тот факт, что, несмотря на фактор коронавируса и известные ограничения в этой связи, на 25 января в Женеве запланирована уже пятая сессия Редакционной комиссии Конституционного комитета. Это подтверждает настрой правительственной делегации на стабилизацию и урегулирование ситуации в стране – вопреки всем обвинениям, экономическому, политическому и военному давлению со стороны западных государств. Намерены оказывать поддержку посредническим усилиям Г.Педерсена, совместно с коллегами по Астанинскому формату настраивать делегации из Дамаска и от оппозиции на конструктивный лад. Последовательно выступаем за невмешательство в политпроцесс, ведомый и осуществляемый самими сирийцами, о чем прямо говорится в резолюции СБ 2254. Тем более неприемлемо предвосхищать его итоги или навязывать искусственные временные сроки. Кстати, в резолюции 2254 ничего не говорится, она никак не относится к предстоящим выборам.

Несмотря на стабилизацию обстановки в Сирии, сохраняются риски ее эскалации. Высокий градус напряженности отмечаем, в частности, на не подконтрольных правительству территориях – в Идлибе, Заевфратье и Ат-Танфе. Террористы «Хейят Тахрир Аш-Шам» по-прежнему обстреливают населенные пункты и позиции сирийской армии, продолжают практику притеснения мирных граждан, казней и незаконного обогащения. В Заевфратье наблюдается активизация ячеек ИГИЛ, рост столкновений между курдскими отрядами и племенами, а также между различными курдскими силами. Осуждаем также удары израильской авиации по территории САР, угрожающие стабильности всего региона.

Вызывает разочарование введение западными государствами санкций против главы МИД САР Ф.Микдада. Этот шаг свидетельствует о нежелании Запада искать дипломатические развязки сирийского кризиса, во многом ими же и спровоцированного.

Г-н Председатель,

Что касается гуманитарной составляющей сирийского файла в СБ, остановимся на ключевых его аспектах, требующих неотложного решения.

Ускоряется обратный отсчет в действии трансграничного механизма оказания гумпомощи Сирии (ТГМ). Мы не раз говорили о том, что работа ТГМ вызывает у нас много вопросов по причине его непрозрачности и отсутствия какой-либо отчетности. Тем более, что доля гумпоставок ООН через него в общем объеме гумгрузов из Турции чрезвычайно мала. На этом фоне, конечно, обескураживает отсутствие уже без малого год какого-либо движения по отправке гумконвоя в Идлиб через линии соприкосновения. Марк Лоукок сказал, что стороны не могут согласовать этот конвой. Я хочу поправить его. Дамаск свои обязательства по согласованию этой миссии выполнил, выдав соответствующее разрешение еще в апреле 2020 г. Путь в анклав открыт. А что же останавливает так называемые «другие стороны» от сотрудничества? Мы задаемся этим вопросом вновь и вновь, потому что нам непонятен смысл подписанной вооруженными группировками (а по факту – террористами, квалифицированными таковыми СБ ООН) под эгидой УКГВ ООН некой «Декларации о приверженности соблюдения международного гумправа и гумпомощи». Мы ни разу не слышали никаких комментариев со стороны УКГВ насчет этого документа. Хотелось бы, наконец, получить их. 

Попутно обращаемся к новым кураторам сирийского гуманитарного досье – делегациям Ирландии и Норвегии. Не стоит брать пример с ваших предшественников и фокусироваться только на ТГМ. Уже совсем скоро перед нами вновь встанет вопрос о необходимости его продления. Маховик страстей и эмоций будет раскручиваться в геометрической прогрессии, но ожидаемо – однобоко. Про отсутствие прогресса поставок помощи из Дамаска в Идлиб опять большинство будет умалчивать.

Наша позиция предельно ясна: ТГМ, который в 2014 г. создавался как временный инструмент, себя изживает, продолжая подрывать суверенитет и территориальную целостность Сирии. Сирийская Арабская Республика – уже не та раздираемая террористами страна, когда этот механизм только запускался. Она восстанавливается, правительство всячески способствует поставкам гумпомощи изнутри страны. Чего стоит гумпомощь только по линии ВОЗ на северо-восток: более 90% распределяется на территориях, не подконтрольных Дамаску.

Суверенитет и территориальная целостность Сирии должны быть восстановлены. Мы призываем наших ирландских и норвежских коллег, а также всех остальных членов Совета проявить свою беспристрастность и посмотреть на ситуацию с точки зрения именно этого фактора. Критика нашей позиции в отношении ТГМ звучит кощунственно в ситуации, когда поставки в Идлиб из Дамаска затягиваются под абсолютно надуманными и непонятными предлогами. 

Г-н Председатель,

Не могу не остановиться на теме незаконных односторонних ограничительных мер, проще говоря, санкций. В ходе декабрьского заседания СБ мы уже обращали внимание на антисанкционное руководство на период пандемии COVID-19, которое выпустила 10 декабря Спецдокладчик ООН по негативному влиянию санкций на права человека А.Довгань. Это руководство является, по сути, выжимкой тех проблем, с которыми сталкиваются работающие в Сирии гуманитарщики. Именно диалог с ними послужил основой для подготовки этого документа. 

Из ярчайших примеров тех трудностей, с которыми сталкиваются простые сирийцы, приведу лишь следующие. Выпадение ЦБ Сирии из международных систем расчетов и фактор потенциального «двойного использования» гуманитарных товаров делает невозможным покупки Правительством Сирии не только ПЦР-тестов, средств индивидуальной защиты, шприцов, но и, как бы абсурдно это ни звучало, даже зубной пасты. Свою долю сложностей для Сирии составляют и ограничения по использованию он-лайн платформ, недоступных на ее территории. Среди прочего, в отсутствие достаточного количества медперсонала затруднены дистанционные медконсультации пациентов, т.е. так называемая телемедицина, которой гордятся в современном мире. Школьники лишены возможности обучаться по интернету из дома. 

В этом же контексте стоит привлечь особое внимание к праву сирийцев на доступ к вакцине от коронавируса. С учетом испытываемого САР санкционного давления сильно сужаются возможности жителей правительственных территорий этой страны по защите от пандемии, и все по тем же причинам – «черные списки» нарушителей санкционного режима будут отпугивать потенциальных подрядчиков.

Г-н Председатель,

Этот замкнутый круг, в который попали простые сирийцы, требует скорейшего разрыва. Непозволительно навешивать ярлыки на правительство, обвиняя его в бездействии, при этом полностью отрезая страну от внешнего мира, деловых контактов и финансовых транзакций. Сирия имеет законное право на самостоятельное устойчивое развитие, и Дамаск делает всё возможное в складывающихся для него непростых условиях для поддержания экономики «на плаву». 

Напомним коллегам, что оккупированный северо-восток Сирии не только богат углеводородами, доходы от продажи которых теперь поступают отнюдь не в сирийскую казну. При этом Сирии наносится экологический ущерб, за который никто не хочет нести ответственность, а ООН просто отмалчивается. Ответственность за это несет оккупирующая держава. Северо-восток САР – хлебная житница некогда не только страны, но и региона, также отрезана от национальной экономики. В то время как Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН докладывает о кратном росте урожая в 2020 г. (в среднем на 77% по сравнению с предыдущим 5-летним периодом), в стране увеличивается количество голодающих. Правомерны ли в этой ситуации претензии к Дамаску, который, не имея доступа к своим национальным ресурсам, испытывает проблемы с обеспечением продовольствием своих граждан?

Г-н Председатель,

Как бы ни хотелось некоторым коллегам усматривать в санкционной теме российскую или сирийскую пропаганду, но о ней всё больше говорят в ООН. Вдобавок к материалам Спецдокладчика и призывам Генсекретаря в декабре Региональный директор ВОЗ по Средиземноморью А.Мандари в ходе брифинга открыто признал, что санкции негативно влияют на все аспекты жизнедеятельности в Сирии, включая здравоохранение. 

Не можем не задать в этой связи вопрос Марку Лоукоку. Марк, в ходе заседания СБ по Йемену 14 января Вы эмоционально высказались, что наличие гуманитарных изъятий не решит проблему с поставками в эту страну, а если и позволит доставлять товары, то по многократно завышенным ценам. И это в контексте Йемена вызывает у Вас серьезные опасения, потому что сильно ограничивает возможности гуманитарщиков «на земле». Ценим Вашу откровенность и смелость в этой связи. В чем же разница этой ситуации в Йемене и ситуации в Сирии? Те же неработающие гумизъятия, та же блокировка банковских счетов, тот же страх поставщиков попасть под вторичные санкции, тот же рост цен на топливо на фоне увеличивающегося дефицита. Что, об этом в контексте Сирии надо будет говорить только, если народ начнет голодать в таких же масштабах, как и в Йемене?

Это – избирательный подход к страновым сюжетам. Мы рассчитываем на Вашу такую же принципиальность по Сирии, Марк, какую Вы проявили по Йемену.

Наконец, хотел бы задать один вопрос опять-таки М.Лоукоку. В декабре 2020 г. закончился срок действия гумплана для Сирии, а также странового «Рамочного документа ООН по сотрудничеству в области устойчивого развития». Было бы интересно узнать, на каком этапе подготовка новых версий этих документов. Кроме того, в контексте координации гуманитарных усилий и содействия развитию – (то, что некоторые называют термином «нексус», хотя он нам не вполне ясен) – и с учетом нарастающей тенденции по возвращению сирийских беженцев к родным очагам все острее встает вопрос о восстановлении в Сирии объектов социальной инфраструктуры – больниц, школ, жилого фонда. 

Мы в этой связи вновь хотим обратить внимание на недопустимость выставления политических условий для работы ООН в целях развития страны. Отталкиваться надо от реальных нужд сирийцев и приоритетов правительства, как это предусмотрено согласованными параметрами оказания ооновского содействия. Вспоминаем внутренний документ «Параметры и принципы содействия ООН в Сирии», в котором содержался неприемлемый тезис об условиях помощи, исходим из того, что в реальности ООН сохраняет свою беспристрастность и независимость. Еще в этом документе фигурирует работа Межучрежденческой целевой группы, хотели бы поинтересоваться параметрами и ходом ее работы у Вас, Марк, поскольку, как мы понимаем, УКГВ является ее членом.

Благодарю за внимание.

 

Ответное слово после выступления представителя Великобритании: 

Прежде всего, хочу сказать, что мне, возможно, следует поблагодарить уважаемого представителя Великобритании за урок хороших манер, который он преподал. Я, в свою очередь, проверил продолжительность его выступления, и она составила 5 минут и 57 секунд. Однако позволю себе напомнить, что он говорит по-английски и не нуждается в переводе. Если бы я тоже выступал на английском языке, то, возможно, смог бы уместить свое выступление и в 3 минуты. Однако я уважаю наших переводчиков, которые должны успевать за темпом моей речи. Тем не менее, приношу извинения за то, что занял его ценное время. Он уже покинул нашу конференцию, так что, должно быть, он действительно торопился. Однако думается, что спешка была не единственным поводом. Полагаю, что некоторые фрагменты нашего выступления пришлись уважаемому представителю Великобритании особенно не по вкусу.

Теперь о том, что касается инициативы о проведении отдельных заседаний по политической и гуманитарной Сирии соответственно. Насколько нам известно, именно в таком виде они и включены в программу СБ на февраль. Так тому и быть, однако в таком случае нам нужно прийти к четкому пониманию того, что в ходе сессии по политической Сирии мы должны говорить исключительно о политической ситуации в стране, а в ходе сессии по Сирии гуманитарной – о гуманитарной ситуации. Смешивать их, как это зачастую происходило ранее, когда в выступлениях наших коллег политическое и гуманитарное досье сливались воедино, нельзя.

Говоря о комментарии М.Лоукока, я бы не назвал это ответом на вопрос, который я любезно задал ему вчера. Если Марк не может дать более глубокий комментарий касательно стратегической рамочной программы для Сирии, предлагаю пригласить еще одного докладчика, который был бы ближе знаком с этой темой, на следующее заседание СБ по Сирии.

В заключение, несколько слов о сравнении Йемена и Сирии. Не соглашусь с тем, что ситуации различны. Они не отличаются в том плане, что хоть Сирия и не числится в списке Госдепартамента, совокупность действующих в отношении нее санкций вредит стране не меньше, чем последствия соответствующего решения Госдепартамента повредят Йемену.