Выступление Постоянного представителя В.А.Небензи по мотивам голосования по проекту резолюции по морской безопасности на Ближнем Востоке
Г-н Председатель,
Российская Федерация проголосовала против внесенного Бахрейном, Иорданией, Катаром, Кувейтом, ОАЭ и Саудовской Аравией проекта резолюции в отношении ситуации в Ормузском проливе и прилегающих к нему водах.
Позиция нашей страны в отношении нынешнего кризиса на Ближнем Востоке имеет принципиальный, последовательный и объективный характер. Мы осуждаем агрессию США и Израиля в отношении Ирана. Мы с уважением относимся к суверенитету и территориальной целостности всех стран региона – как ИРИ, так и других стран Персидского залива. Мы считаем недопустимыми удары по их мирным жителям и гражданской инфраструктуре. Россия предпринимала и продолжает предпринимать усилия, в том числе на высшем уровне, для прекращения подобных действий. Стремимся к скорейшему установлению мира в Персидском заливе и на Ближнем Востоке.
Однако Российская Федерация не могла поддержать текст, который создал бы опасный прецедент для международного права, международного морского права, любых мирных усилий, а также авторитета Совета Безопасности ООН.
Еще при обсуждении резолюции СБ 2817 мы призывали всех коллег по Совету к сбалансированному и объективному подходу. Аналогичные равноудаленные сигналы уже неоднократно транслировал Генсекретарь ООН, призывающий США и Израиль прекратить войну, а Иран – перестать атаковать соседей. Игнорировать первопричину кризиса на Ближнем Востоке – а именно незаконные и безрассудные действия США и Израиля в отношении Ирана – невозможно и недопустимо. К нам и Генеральному секретарю тогда не прислушались. Тем не менее, понимая ситуацию, в которой находятся страны ССАГПЗ и Иордания, мы воздержались при принятии резолюции 2817. Это решение далось нам нелегко.
Однако на этот раз бахрейнские партнеры и их единомышленники пошли намного дальше, представив в корне неправильный и опасный подход к ситуации в регионе. По сути, почти каждый параграф предложенного ими проекта изобиловал несбалансированными, некорректными и конфронтационными элементами. Озвучу лишь основные моменты.
В пункте 1 преамбулы и в пункте 6 постановляющей части действия Ирана подавались в качестве единственного источника так называемых «дестабилизирующих действий и региональной напряженности». Об истинных причинах нынешнего кризиса на Ближнем Востоке – незаконных ударах США и Израиля по иранской территории – ни слова. И это при том, что в пункте 3 преамбулы авторы сами указывали, что угрозы морскому судоходству в Ормузском проливе начали возникать именно 28 февраля 2026 года. Это, к слову, противоречило их же собственным заверениям о том, что нынешняя инициатива была призвана стать ответом на некие «десятилетия угроз» свободе навигации со стороны Ирана.
В пункте 6 преамбулы попытки помешать проходу судов через Ормузский пролив безапелляционно изображались в качестве угрозы международному миру и безопасности. Намеренно опускался тот факт, что значительная часть Ормузского пролива относится к территориальным водам Ирана.
В пункте 7 преамбулы угрозы торговым судам и вмешательство в свободу навигации назывались единственной причиной нарушения непрерывности поставок энергоресурсов. Опять же, без указания на первопричины кризиса, о которых откровенно сказал и сам президент США, публично признававший, что окончание боевых действий приведет к открытию Ормузского пролива.
В пункте 9 преамбулы, а также в пунктах 1 и 4 постановляющей части были приведены ссылки на Конвенцию ООН по морскому праву 1982 года. Данный международно-правовой инструмент неприменим в условиях вооруженного конфликта, о чем мы неоднократно говорили в ходе переговорного процесса.
Пункт 10 преамбулы констатировал, что источником угроз международному миру и безопасности в контексте нынешнего кризиса якобы является именно Иран. Исключение из данного параграфа ссылок на Главу VII не было «панацеей» – подобные формулировки, по сути, в любом случае могут трактоваться недобросовестными государствами как легитимизирующие применение силы.
Пункт 2 постановляющей части и вовсе не требует каких-либо комментариев. В нем Совету Безопасности предлагалось дать «зеленый свет» на применение неких защитных мер, охват которых нам неизвестен, под предлогом обеспечения безопасности судоходства, без всякой оглядки на суверенитет прибрежных государств. Оговорки о сугубо оборонительном характере этих усилий сути дела не меняют. Тем более что авторы сами дали понять, что речь идет именно о силовых мерах – об этом наглядно говорили формулировки пункта 3 постановляющей части, акцентировавшие, что действующие в соответствии с пунктом 2 государства должны соблюдать требования международного гуманитарного права.
В пункте 7 постановляющей части указывалось, что СБ ООН будет готов рассмотреть «дальнейшие меры» против тех, кто подрывает права и свободы судоходства. Это является неприкрытым намеком на попытки санкционного давления – вне зависимости от того, сказано это прямо или нет.
В пунктах 7 и 8 речь шла не только об Ормузском, но и о Баб-эль-Мандебском проливах. То есть авторы сознательно расширяли географический охват своего проекта, давая тем самым еще больше поводов для его расширительных трактовок.
В пункте 9 постановляющей части, несмотря на правильный посыл – призыв к дипломатии, – речь шла исключительно о прекращении боевых действий в регионе Персидского и Оманского заливов, а также в Ормузском проливе. О необходимости прекращения американо-израильской агрессии – ни слова.
Г-н Председатель,
В сухом остатке, сколь бы ни пытались авторы придать тексту заобщенные формулировки, его суть оставалась неизменной – предоставление карт-бланша на продолжение агрессивных действий и дальнейшую эскалацию. Что бы это означало с правовой точки зрения, а также для ситуации «на земле», нам понятно. Особенно в момент, когда мы слышим заявления президента США о готовности «уничтожить» Иран в случае, если Ормузский пролив не будет открыт.
Вынуждены вновь напомнить членам Совета о том, как была извращена принятая СБ в 2011 году резолюция СБ 1973 по Ливии, и к чему привело ее расширительное толкование. Лимит доверия к государствам, продвигающим силовые методы под благородными предлогами и обтекаемыми формулировками, был уже исчерпан тогда.
Мы уже видели, как США пытались обосновать свои удары против Ирана задействованием права на самооборону в соответствии со статьей 51 Устава ООН, придавая ей превентивное толкование. При всей нашей солидарности с арабскими странами, которые были подставлены Вашингтоном и стали жертвами трагедии в регионе, мы не можем не отметить, что попытка навязать «правила игры» в Ормузском проливе играла бы на руку только тем, кто хочет еще больше подорвать безопасность и стабильность на Ближнем Востоке и за его пределами.
Защитные меры по охране судов, как и любой другой собственности стран-членов ООН, не требуют резолюции Совета Безопасности, достаточно ссылки на статью 51 Устава ООН, которая дает право осуществлять самооборону практически в любых условиях. Распространение операции по обеспечению безопасности в Ормузском проливе без согласия прибрежных государств – еще одна причина, по которой мы не смогли поддержать проект Бахрейна.
Коллеги,
Принятие такого документа, игнорирующего широкий контекст ситуации, еще больше антагонизировало бы Иран, который и без того находится под ежедневными американо-израильскими ударами. На территории страны гибнет огромное количество мирных жителей. Их число приближается к двум тысячам, четверть из которых – женщины и дети. Убиты верховный лидер и многие другие представители руководства страны. Атакам подвергается гражданская инфраструктура – школы, больницы, университеты, энергетические и ядерные объекты, в том числе АЭС «Бушер», что грозит обернуться катастрофическими гуманитарными последствиями для Ирана и всего региона. Подчеркнем, что СБ не согласовал ни строчки с оценкой этих нарушений международного права. Никаких оправданий с нашей стороны сегодня не последует, посол Уолтц.
Я не буду подробно останавливаться на вопиющих двойных стандартах такого подхода. Однако он совершенно нелогичен даже с точки зрения банального прагматизма. Принятие подобной односторонней резолюции поставило бы под удар любые перспективы возобновления переговорного процесса в целях урегулирования кризиса, а также помешало бы важным и полезным мирным инициативам, которые в настоящее время предпринимает целый ряд государств, в том числе Китай, Пакистан и Турция. Если бы Совет Безопасности занял навязывавшуюся ему позицию, то у Тегерана совсем не оставалось бы мотивации хоть в какой-либо форме вовлекаться в контакты с Вашингтоном, который уже дважды предал дипломатию – в июне 2025 года и в феврале текущего года – и начал наносить массированные удары по Ирану в разгар переговорного процесса.
Г-н Председатель,
С самого начала работы над документом мы вместе с китайскими коллегами доводили до бахрейнских авторов и остальных членов наши самые серьезные озабоченности в связи с данной инициативой. Не видели пространства для корректировки текста, поэтому настоятельно призывали арабских друзей воздержаться от его продвижения. Однако к нам не прислушались, и проект все равно был поставлен на голосование. В этих условиях у нас не оставалось иного выбора, кроме как выступить против.
Россия последовательно поддерживает обеспечение всеобъемлющей безопасности для морского судоходства во всем Мировом океане, открытие коридоров для Венесуэлы и Кубы, прекращение нападений на коммерческий флот любой страны. Аналогичным образом выступаем за беспрепятственное судоходство в Ормузском проливе. Однако решать эту задачу можно только с участием всех прибрежных стран, граничащих с этим важным транспортным коридором. Без Ирана этого сделать невозможно. Призываем наших арабских и иранских друзей решить проблему движения судов напрямую. Готовы содействовать таким контактам.
Г-н Председатель,
Понимая озабоченности наших арабских партнеров в отношении вопросов свободы судоходства, мы совместно с Китаем предлагаем СБ рассмотреть альтернативный проект резолюции СБ по текущей ситуации на Ближнем Востоке, в том числе с точки зрения морской безопасности. Уверены, что обеспечение подлинной свободы судоходства в проливе, столь необходимой для стран региона и всего мира, можно добиться только через прекращение боевых действий и достижение переговорного решения. Наш проект будет краток и в равноудаленном и сбалансированном ключе в соответствии с принципами международного права и Устава ООН, в частности, о мирном разрешении споров. В этой связи сразу кладем его в «синьку». О планах по голосованию сообщим дополнительно. Рассчитываем на поддержку всех членов СБ.
Благодарю Вас.
