Постоянное представительство Российской Федерации при ООН

Ответное слово Постоянного представителя Российской Федерации при ООН В.И.Чуркина на открытом заседании Совета Безопасности ООН по ситуации на Украине

Хотелось бы поприветствовать своего украинского коллегу Ю.А.Сергеева. Сегодня он выступил не только на английском и французском, но и на русском языке. На моей памяти это его первое выступление на русском языке.

В ходе выступления Ю.А.Сергеева и других коллег прозвучал ряд странных и удивительных заявлений. Хотелось бы их прокомментировать.

И украинский, и французский, и английский коллега подали дело так, что Россия пытается подавить на Украине демократию. Разве силовой захват власти – это демократия? Разве то, что мы говорим, что надо провести нормальный конституционный процесс, который учитывал бы интересы всех регионов и всех людей на Украине, - это не проявление демократии? Мы-то как раз выступаем за демократию, а вы за демократию выдаете то, что по определению не является демократическим. Ю.А.Сергеев эмоционально вернулся к драматическим событиям, которым мы искренне сопереживаем в России. На Майдане в течение трех месяцев было немало драматических событий. И нет никакого сомнения в том, что основа политического кризиса на Украине – это недовольство широких слоев населения правительством Януковича, его деятельностью как президента. Кстати, законы, которые были приняты при Януковиче, за которые его критиковали, они существуют во многих странах. Например, пункт про запрет на перекрытие дорог – он существует во многих странах. Во французском законе от 2009 г. содержится запрет на выход в масках на улицу в процессе мирных политических демонстраций. То есть наряду с возможно излишними элементами, там содержались элементы, которые существуют в демократических странах.

Теперь вопрос принципиальный. Почему вы решили, что на Украине сейчас возникла демократическая власть?

Юрий Анатольевич тоже об этом говорил. Но мы с ним, будучи людьми из одной истории, прекрасно помним, что произошло в нашей тогда общей стране в 1917 году, когда сначала была демократическая революция, а потом все это перешло в диктатуру. Вот у нас такое ощущение, что сейчас по сути у власти в Киеве находятся национал-радикалы. То есть в Правительстве могут быть расставлены какие-то другие люди, которые более презентабельны для Запада, а движут ими те люди, на плечах которых они пришли к власти, которые своими силовыми насильственными действиями привели их к власти.

Поэтому давайте не обольщаться тем, что любое изменение власти, особенно насильственное, должно обязательно привести к демократии, как почему-то некоторые наши западные коллеги считают. Мы-то как раз хотим, чтобы процессы, которые продолжаются на Украине, привели действительно к торжеству настоящему и подлинному демократии в этой стране.

Моя американская коллега сослалась на необходимость уважения конституции Украины. Мы действительно считаем, что это важно. Я пытаюсь себе представить картину, если бы президент Обама уехал в Калифорнию, а в это время в Белый Дом въехал Митт Ромни, а конгресс американский, где, как известно, иногда бывают республиканцы в большинстве, по-быстрому, минуя все процедуры, проголосовал бы за импичмент Президенту Обаме. Как бы это воспринимала американская общественность? Это была бы демократия? А это именно то, что произошло на Украине. Запугивали ли его, или он поехал на съезд партий, или просто кого-то навестить, но он просто уехал из Киева в Харьков.

Сейчас он говорит, что его запугивали, и мы, например, слышали, как после подписания соглашения от 21 февраля прозвучала угроза, что если до 10 утра не освободишь помещение, мы будем штурмовать президентскую резиденцию. Так что здесь ничего общего нет ни с демократией, ни с уважением к Конституции.

Ситуация в Крыму очень сложна. Автономная Республика Крым действительно имеет определённый статус. Там возникло опасение, что те силовые действия, которые были в Киеве, приведут к чему-то подобному. Действительно была попытка силового захвата администрации, да пришел к власти в Крыму человек, который пошел на довольно решительные действия. Он себе подчинил все силовые структуры. Надо сказать, что сейчас представляли дело так, что там только российские вооруженные силы находятся. Там еще находятся те украинские вооруженные силы, которые присягнули этой новой власти, то есть присягнули Автономной Республике Крым. Например, командующий украинского флота (ведь украинский флот тоже базируется там) он присягнул новой власти. Там еще находятся отряды самообороны, которые были созданы, когда у крымчан возникло опасение, что могут быть некие силовые действия, так как там появлялись люди из Киева вооруженные, обещали так называемый «поезд дружбы» направить, то есть поезд, наполненный боевиками для установления соответствующей власти. И - да, присутствуют там военнослужащие Черноморского флота.

У Ю.А.Сергеева прозвучала интересная цифра. По его данным сейчас там 16 тысяч военнослужащих российского Черноморского флота. По соглашению, которое у нас есть о черноморском флоте там может быть 25 тысяч российских военнослужащих в составе нашего присутствия черноморского флота. И действуют они так, как они сейчас считают нужным для того, чтобы охранять свои объекты и препятствовать экстремистским проявлениям, которые могли бы привести к ущербу жизни и здоровью гражданских лиц. Может быть наши украинские коллеги считают эти действия чрезмерными, но они полностью согласуются с представлением властей Автономной Республики Крым.

Еще одно, совсем уж удивительное заявление прозвучало из уст моей уважаемой американской коллеги посла С.Пауэр. Она сказала, что все наши опасения являются «вымышленными». Вот это для меня уж действительно удивительно. Такое впечатление, что г-жа Пауэр черпает всю свою информацию из американского телевидения. Ну действительно, если всю информацию только черпать из американского телевидения, то, конечно, на Украине все было прекрасно. Была волна демократии, и вот там потом «плохой» Янукович бежал, и демократы пришли к власти, без какого-то ни было насилия. А, ведь, была попытка овладеть Киево-Печерской лаврой, Юрий Анатольевич, которая наверняка Вам так же дорога, как и мне, может быть более дорога поскольку я все-таки не из Украины, а из России, а вы из Украины. И были другие подобного рода случаи.

А разве не известно из сообщения американского посольства, как и из средств массовой информации многих стран, какая волна насилия прокатилась по западной и центральной Украине, когда вооруженные люди штурмовали административные здания, когда несчастного главу муниципалитета вытаскивали из этого здания и приковывали к столбу, а толпа над ним издевалась. Это что демократия? Это нормальный политический процесс? Это то, что мы можем ожидать в Чикаго, предположим, что так с мэром будут разбираться? Или в Бордо так издеваться над мэром? Я думаю, что ни одна демократическая страна себе такое не может позволить. А то, что происходило в Киеве, это что? Это воображаемые опасения? А то, что попытки захвата административных зданий прошли в целом ряде городов Восточной и Южной Украины - это совершенно невоображаемые вещи. Это группы вооруженных людей, которые вторгались и пытались выгонять представителей органов власти и устанавливать там совершенно недемократическим и незаконным путем свою власть.

 Теперь я подхожу к одному из центральных тезисов, которые мне хотелось бы высказать. Эти опасения испытываем не только мы, а, что совершенно логично, испытывают люди, живущие в южной и восточной Украине. К сожалению, очень сильны на Украине правые силы, которые терпеть не могут ни русских, ни россиян. Которые только и вспоминают о том, как их лидеры Бандера и Шухевич боролись под гитлеровскими знаменами против советской власти, СССР, Красной Армии, против антигитлеровской коалиции. Вот это их идеологи. И эти люди сейчас, к сожалению, находятся очень близко от власти на Украине. Законная это или воображаемая тревога, которую испытывают люди, которые там проживают? А их миллионы. В одном только Крыму полтора миллиона. Теперь мой главный вопрос: неужели вы думаете, что Россия позволит повторить то, что происходило в центральных и западных регионах Украины на южной Украине и в Крыму, где живут миллионы русских. В 1983 г. США захватили Гренаду. При этом президент Рейган заявил, что защищает американских граждан, которые там находятся. А их была одна тысяча человек. И никакой угрозы от властей Гренады американским гражданам тогда не было. А у нас там живут миллионы граждан, которые опасаются таких бесчинств.

Совершенно правильно коллеги говорят о международных институтах: ОБСЕ, ООН. И мы не отрицаем возможности использования этих институтов. Но мы же с вами прекрасно понимаем, что такое международные институты. Вот в Косово были натовские вооруженные силы. И что они сделали в 2004 г., чтобы предотвратить погромы, в результате которых тысячи сербов вынуждены были покинуть край? Ничего. А вы хотите, чтобы наблюдательная миссия ОБСЕ… Национал-радикалы слышать о ней не хотят. Пока они будут наблюдать или готовиться наблюдать, на что потребуются месяцы, там может произойти не дай Бог что.

Еще один важный тезис, который я хотел бы зафиксировать. Мы созвали наше сегодняшнее заседание, поскольку хотели дать полную картину происходящего. Два предыдущих наших заседания были спонтанными. Во-первых, хочу повторить, что решение Президента, на которое ему дал мандат Совет Федерации, об использовании российских вооруженных сил на территории Украины, еще не принято. И то, что мы созвали это заседание, не означает, что оно вот-вот будет принято. Но для того, чтобы не произошло того, чего мы все не хотим, важно, чтобы очень серьезные выводы сделали те, кто сейчас оказался у власти в Киеве и контролирует ситуацию на значительных территориях Украины. И кто их поддерживает, оказывает на них влияние. В первую очередь, надо совершенно четко им дать понять, что не должно быть продолжения политики установления фактов силой. Фактов захвата власти силой. Ну и, разумеется, должны уважаться остальные положения, о которых мы говорили: уважение языков и т.д. Здесь, наверное, потребуется еще большая работа, в которой должны поучаствовать и международные структуры.

Но уже сейчас надо понять, что надо отказаться от намерений или планов, или привычки пытаться силовым путем распространить свою власть, свою культуру, свою философию, свои представления на других людей, поскольку это недемократично и может привести к очень тяжелым последствиям на Украине. Теперь практически. Одна из коллег сказала, что невозможно теперь говорить о соглашении 21 февраля, потому что Янукович «сбежал». Ну и что? Ведь нашей задачей не является вернуть к власти Януковича. Мы понимаем, что он больше не вернется к власти, хотя по тем причинам, которые я разъяснил, мы продолжаем считать его легитимным президентам Украины. Его судьбу, как и судьбу любого украинского политика должен решить народ Украины. Но ведь вопрос не только в том, Янукович или нет. В соглашении зафиксированы демократические параметры выхода из кризиса. То есть должна быть конституционная реформа. На Украине постоянно меняли конституцию в последние 15 лет, что и повлекло в значительной степени политическую сумятицу. Должен быть процесс между различными регионами, между различными политическими силами. Сейчас Партию регионов запугали и думают, что она не существует, а она существует. У нее огромная поддержка на востоке страны, а восток страны – это главный индустриальный центр Украины. Вот о чем мы говорим, что надо сделать. Наряду с тем, что отказаться от силовых методов решения проблем.

Наверное, на этом я мог бы закончить.

Благодарю Вас, г-жа Председатель.